Главная / Первая мировая война / «Великое отступление»: цифры против манипуляторов

«Великое отступление»: цифры против манипуляторов

Понятно, почему любители разглагольствовать о «катастрофе 1915 года» обычно предпочитают помалкивать о цифрах

В год столетия начала Первой мировой войны мы продолжаем публиковать статьи из цикла «Дореволюционная Россия».

В эти дни девяносто девять лет назад наша армия готовилась к последней операции 1915 года с целью спасти Сербию, оказавшуюся под ударом Германии, Австро-Венгрии и Болгарии.

Сербы обратились к России и другим своим союзникам за помощью. Франция и Англия предприняли активные действия, отвлекая на себя силы противников, но решительного успеха достичь не удалось.

Последняя наступательная операция России, начатая в 1915 году для поддержки сербов, также не привела к победе, и стала последним звеном в череде военных событий второго года войны.

Надо сказать, что кампания 1915 года в целом была периодом неудач России, и наша армия в течение пяти месяцев отходила на Восток. Даже появился термин «Великое отступление». Правда, блеск «величия» побед Германии и Австро-Венгрии несколько меркнет, если учесть, что по итогам 1915 года фронт стабилизировался на линии Рига — Пинск (170 км восточнее Бреста) — Тернополь.

Тем не менее именно эпизоды «Великого отступления» постоянно используются как аргумент, как бы доказывающий «гнилость, бездарность и отсталость» Российской империи. В красочных эпитетах нет недостатка, мемуаристы рисуют апокалипсические картины хаоса и полной безнадеги.

«Ни патронов, ни снарядов», так охарактеризовал Деникин состояние русской армии тех времен. По мнению многих, если уж «сам» белый генерал говорит такие вещи, то тезис можно считать доказанным. Это убеждение крепко держится несмотря на то, что ключевые фигуры Белой армии были и основными участниками свержения царя в Феврале 1917 года.

За всю Гражданскую войну белогвардейцы так и не выдвинули лозунга восстановления монархии. По иронии судьбы, образ белогвардейца как монархиста сформирован советским кино и имеет мало общего с реальным историческим Белым движением. Причем конкретно Деникин в своих мемуарах очень высоко оценивал тех, кто боролся против старых порядков.

Вот его слова: «В силу неизбежных исторических законов пало самодержавие, и страна наша перешла к народовластию. Мы стоим на грани новой жизни, страстно и долгожданной, за которую несли головы на плаху, томились в рудниках, чахли в тундрах многие тысячи идеалистов». Вот такой вот «монархист».

Но казалось бы, если ситуация 1915 года была столь катастрофичной, то лучшим доказательством этого были бы цифры потерь русской армии. В самом деле, обстоятельства, когда нет патронов и снарядов, ставят наших солдат в положение безоружных воинов африканских племен XIX века, столкнувшихся с европейским колонизатором, вооруженным пулеметами и артиллерией. Соответственно и потери России должны многократно превышать потери противника.

В этом случае ничто не помешало бы немцам взять Петроград и Москву, выйти к Волге и в 1915 году продиктовать России условия капитуляции. Но в реальности фронт стабилизировался на расстоянии 800 км от Петрограда и 1000 км от Москвы. Больше русская армия не отступала вплоть до лета 1917 года, но тогда у власти уже находилась банда проходимцев, более известная как «Временное правительство».

«Да, — соглашаются оппоненты, — написанное Деникиным является художественной гиперболизацией, в основе которой лежат оппозиционные настроения автора по отношению к монархическому строю. Но в главном он прав и к тому же его свидетельство не единично».

Не спорю, авторов на все лады расписывающих пресловутую отсталость царизма немало. Но почему же в их статьях и книгах так мало цифр? Согласитесь, это подозрительно. Сто лет прошло, пора бы уже располагать хотя бы прикидочными данными, характеризующими положение на фронтах. Если собрать воедино различные сведения, встречающиеся в работах историков, то можно составить примерную картину 1915 года в цифрах.

Итак Потери Германии убитыми и умершими за период «Великого отступления»: 67 290 человек, а общие потери Германии (убитые и умершие, раненые, пленные пропавшие без вести): 447 739 человек. За весь 1915 год потери Германии убитыми и умершими составили 95 294 человек, а общие потери (убитые и умершие, раненые, пленные пропавшие без вести) – 663 789 человек.

А теперь учтите, что кроме Германии, на Восточном фронте воевала еще и Австро-венгерская армия. Про нее постоянно пишут, что она воевала намного хуже германской и по логике вещей можно ожидать, что и потери у нее окажутся выше.

Попробуем проверить это предположение. В известной работе советского демографа Бориса Урланиса есть данные о потерях Австро-Венгрии по фронтам, но без разбивки по годам. Тем не менее, зная ход войны, можно ориентировочно оценить потери и по годам. Согласно Урланису, на русском фронте число убитых и раненых Австро-Венгрии в 1914-1918 гг. составило 2 724 000 человек. Обратите внимание, это без пленных.

В работе доктора исторических наук Ирины Новиковой, основанной на архивных документах, сказано, что к 1 марта 1916 число пленных немцев и австро-венгров в России было 1 019 473 человек. Подавляющее большинство как раз австро-венгры, а не немцы. Так что для австро-венгров получится около 1 млн. Запомним эту цифру.

Итак, за 1914-1918 гг. было 2 724 000 убитых и раненых. 1918 год можно откинуть, там потери противника были близки к нулю. Вторая половина 1917 года – тоже потери невелики, хотя и ненулевые, но это несколько десятков тысяч человек. Остается весь 1915, 1916 и 5 месяцев от 1914-го гг.

Итого 29 месяцев, что дает примерно по 93 тысяч в месяц. Значит где-то 1,1 млн убиты и ранены за 1915 год. Понятно, что боевые действия шли неравномерно, в 1916 – Брусиловский прорыв, в 1914 году Галицийская битва, но в 1915-ом была Карпатская операция.

Теперь проводим ту же операцию, но для пленных. Девятнадцать месяцев войны дали России 1 млн пленных, то есть 53 тысячи в месяц. Значит за 1915 год – 636 тысяч пленных.

Итого:Германия, все потери за 1915 год — 664 тысячи. Австро-Венгрия — 1,1 млн убитых и раненых плюс 636 тыс. пленных. Совокупные цифры — порядка 2,4 млн.

Разумеется, все это прикидки, и они должны уточняться в ту или иную сторону. Но в целом картина ясна, потому что по данным опять-таки Урланиса, общие потери России за 1915 год составили примерно 2,49 млн человек, включая потери на турецком фронте, которые составили порядка двух десятков тысяч человек.

Значит, соотношение потерь «Россия – Германия плюс Австро-Венгрия» за самый тяжелый для нас 1915 год можно с достаточно высокой степенью точности оценить как 1:1.

Правда есть и другие данные о потерях Австро-Венгрии. Они приводятся сразу за три фронта, на которых воевали австро-венгерские части. А помимо русского существовал еще итальянский и балканский фронты. Таким образом, нам потребуется вычесть из общих потерь Австро-Венгрии потери на итальянском и балканском фронтах.

Вот общие потери Австро-Венгрии за 1915 год на всех фронтах: 2 162 026 человек. Италия вступила в войну только в конце мая 1915-го и неудивительно, что в борьбе с ней Австро-Венгрии потеряла всего лишь 141 тысячу человек.

Итак, из всех потерь Австро-Венгрии за 1915 год вычтем потери на Итальянском фронте, то есть 2 162 026 минус 141 000 = 2 021 026. Осталось вычесть из этой цифры потери Австро-Венгрии на Балканском фронте, и получим потери Австро-Венгрии на русском фронте за 1915 год. Учтем, что на Балканском фронте австро-венгры начали наступление осенью 1915 года, причем небольшими силами.

А согласно Зайончковскому и в целом в 1915 году на Балканском фронте было значительно меньше дивизий Австро-Венгрии, чем на Восточном (русском) фронте. Иными словами, потери Австро-Венгрии на балканском фронте не могут существенно повлиять на итоговые цифры.

Для сравнения с русскими потерями надо теперь сделать поправку на то, что в общие цифры Австро-Венгрии вошли данные и по числу больных, а их было в 1915 году 0,724 млн человек. То есть ориентировочно мы выходим на 1,276 млн потерь Австро-Венгрии на русском фронте в 1915 году. К 1,276 млн прибавим германские потери (0,664 млн), вместе получается 1,94 млн человек.

Расхождение с расчетными данными, полученными на основе цифр Урланиса (2,4 млн), конечно же имеет место, однако и в этом случае потери противника вполне сопоставимы с русскими потерями.

Теперь становится понятно, почему любители разглагольствовать о «катастрофе 1915 года» обычно предпочитают о цифрах помалкивать. Признаком манипуляции сознанием является использование оценочных характеристик, неподкрепленных статистическими данными. Этот прием широко используется в пропагандистских текстах и характеристика действий русской армии в Первой мировой не стала исключением из правил.

А цифры показывают, что русская армия достойно сражалась против таких серьезных соперников как Германия и Австро-Венгрия. А ведь была еще и Турция.